Альберт Владимирович Борисов, ветеран труда ВНИИС, почетный радист России:
«Эвальд Янутан принадлежал к тем руководящим работникам, с которыми приятно было сотрудничать, вместе встречать праздники и будни, вместе радоваться успехам и переживать неудачи.
Характерными чертами Эвальда Альфонсовича являлись самобытность, деловитость, справедливость, высокий творческий потенциал.
Жесткая требовательность к безусловному выполнению поставленных задач каким-то образом сочеталась с умением создавать совершенно непринужденную обстановку при обсуждении любых вопросов с любым контингентом сотрудников института – от лаборантов до начальников самых крупных подразделений.
Янутана не зря называют легендой института. Нет такой сферы деятельности в институте связи, где бы Эвальд Альфонсович не внес значительный вклад своими знаниями, опытом, инициативой. Он принадлежит к той когорте руководителей ВНИИС, которые своей творческой деятельностью заложили прочный фундамент института связи, создали мощный научно-технический потенциал, позволивший выстоять институту и удержаться на плаву в сложный период перестройки».
Владимир Михайлович Кузьмин, главный конструктор, Лауреат Государственной премии СССР:
«Я, как и многие другие, пришел работать во ВНИИС по направлению после окончания Воронежского Государственного университета в августе 1958 г. И сразу в отдел Янутана, на «Магнолию», а срок окончания разработки – декабрь 1958 г., поэтому сразу аврал. Обычно после 16 часов Янутан заходил в лабораторию, начинал спрашивать, что сделано, что не получается, начинали разбираться вместе, находили оптимальные решения. И так почти каждый день с прихватом одного-двух часов. А потом нам уже самим стало интересно скорее все сделать и увидеть свой труд в «живом» изделии, особенно, если учесть, что сроки разработки были очень жесткие. И поэтому мы уже сами стали задерживаться на работе. Небольшой перерыв, ужин, непринужденное обсуждение насущных вопросов и опять работа.
Помню, шли испытания на климатику. Блок питания радиостанции «Магнолия». Впервые на отечественных полупроводниковых приборах. Мощность большая. Интервал рабочих температур от –50 градусов до +50 градусов Цельсия. Габариты маленькие. Но в тепле работать не хочет почему-то. Сгорает и все. Тогда Янутан предложил заменить Ш-образный сердечник в трансформаторе преобразования напряжения на тороидальный с ленточной намоткой. Сделали макет – потери стали меньше, блок прошел испытания. Правда, потеряли пару-тройку месяцев на доработки, но зато к этому вопросу больше не возвращались. Кстати, после этого случая все трансформаторы в аналогичных блоках питания до сих пор изготавливаются на тороидальных сердечниках.
Запустили в производство «Магнолию» в 1961 году, но окончательный вариант совсем не был похож на тот, с какого начинали».
Борис Алексеевич Наумов, инженер тематического отдела (с 1958 по 1961 год), кадровый работник ВНИИС, Лауреат Государственной премии СССР:
«Когда был создан ВНИИС, Антон Петрович Биленко был главным инженером и исполняющим обязанности директора института, Эвальд Альфонсович Янутан – заместителем главного инженера.
Когда у нас проводились какие-нибудь испытания, то по их окончании представители заказчика собирались, делали замечания, которые возникали в процессе. Одному из них не понравилась надпись на передней панели радиостанции – слишком просто, не по-военному. Для нас такую доработку сделать ничего не составляло, и чем проще заказчики делали замечания, тем с большим удовольствием мы с ними соглашались. Янутан тогда сказал, что напишем хоть «Привет из Севастополя». Всем было понятно, что уже и придраться не к чему.
Эвальд Альфонсович Янутан умер рано, в 60 лет. Болезнь вырвала его из рядов нашего коллектива, который поддерживал его во всем, не считаясь со временем.
К сожалению, фотографий на память не осталось. Тогда мало фотографировались, может быть, если только на демонстрациях, на которые мы всегда ходили. Он был членом парткома – у него и на общественную работу находились силы и время».
Елена Эвальдовна Зиятдинова, дочь Эвальда Янутана:
«Папа в жизни был очень спокойным человеком, с острым и быстрым умом. Откуда у станции такое красивое название? Мы отдыхали на юге, и под окном росло огромное дерево, в ту пору цветущее крупными белыми цветками удивительной красоты (это и была магнолия – прим. ред.).
От военпреда на поминках отца я услышала такую историю. На учениях танк затонул в болоте, и экипаж смог избежать гибели только благодаря работающей радиостанции. Потом спасенные бойцы долго допытывались, кто конструктор прибора, но ничего не узнали.
По отношению к нам, детям, отец проявлял уважение и терпение и практически не делал замечаний. Учил своим примером, ведь все отпуска летом мы проводили семьей в стране магнолий – на солнечном Черноморском побережье. А вот чем там папа занимается на работе, мы знали очень поверхностно, все это было абсолютным секретом. Он честно выполнял свой долг, будучи высоко порядочным и интеллигентным человеком».
Юлия Владимировна Черкасова, внучка Эвальда Янутана:
«К сожалению, мой дедушка умер очень рано, в 60 лет, когда мне исполнился всего один годик. От родителей и знакомых, которые работали во ВНИИС (ныне АО «Концерн «Созвездие») я часто слышала рассказы про своего дедушку и его легендарную «Магнолию». Я стала читать воспоминания коллег, друзей о деде и поняла, как он горел своей работой, был ей предан, фактически жил ей. Появилось чувство гордости за своего деда и желание продолжить династию своей семьи в концерне, а вместе с тем и некоторое волнение, смогу ли я это сделать достойно.
Моя мечта сбылась. На сегодняшний момент я не представляю для себя работу на другом предприятии. Некоторые коллеги, которые давно здесь трудятся, узнав, что я внучка Янутана, начинают мне рассказывать про деда. Как-то в разгар рабочего дня открывается дверь и звучит вопрос: «А где здесь Юля Янутан?». Зайдя в кабинет, Владислав Ильич Ачкасов (на тот момент заместитель директора НТЦ-51) обнял меня и начал рассказывать про производство «Магнолии», как ничего не получалось, пока сам Янутан не поехал на завод. Потом отвел меня в музей концерна и показал саму «Магнолию».
Всегда, когда слышу от людей про своего деда, возникает такое тепло на душе и усиливается чувство гордости. Не каждому суждено родиться в семье человека, посвятившего свою короткую, но очень яркую жизнь предприятию и разработке, которая спасла много человеческих жизней и стала вехой в истории».